Чернобыль глазами фотографа Игоря Костина

Игорь Костин родился в 1936 году в Молдавии. Корреспондент Украинского АПН первым оказался в эпицентре аварии 26 апреля 1986 года. Он был единственным фоторепортером, который подобрался вплотную к разрушенному реактору. Фотоснимки, которые ему удалось сделать, вошли в официальный отчет правительственной комиссии. Его серия «Трагедия Чернобыля» удостоена награды на «Уорлд-пресс-фото» в Амстердаме.

Эта фотография была сделана в 16 часов, через 14 часов после катастрофы. Фото сделано из окна первого вертолета, облетевшего эпицентр катастрофы, для того, чтобы замерить уровень радиационного излучения. Взорвавшийся реактор кажется слегка затуманенным из-за высокого уровня радиации, радиацией объясняется и то, что снимок сделан через закрытое окно. Позднее, дозиметристы выяснили, что уровень радиационного фона равнялся 1500 р/в час, хотя счетчики, не рассчитанные на такой высокий уровень, показывали всего 500 рентген в час.


Дозиметрист замеряет уровень радиационной активности в четвертом энергоблоке. За время ликвидации аварии в жерло реактора было сброшено 5000 тонн различных дезактивирующих материалов.

Разрушенный четвертый реактор снят с крыши третьего энергоблока.

После эвакуации населения из поселка Припять ликвидаторы смывают радиоактивную пыль с улиц, деревьев и домов. Жидкость, которой поливали всю зараженную местность, называли «бурда». Эта клейкая субстанция прибивала радиактивную пыль к земле и склеивала ее.

Каждый день вертолеты распыляли «бурду» над территорией ЧАЭС. После того, как «бурда» подсыхала, ее просто скатывали как ковер и захоранивали в радиационных могильниках. Рецепт жидкости разработан в Институте Атомной Физики академиком Курчатовым.

Те, кто был назначен работать в наиболее опасных зонах, были одеты в собственную форму или одежду, и единственной защитой служили сшитые свинцовые пластины толщиной 2-4 мм и простые респираторы.

Еще одна партия ликвидаторов готовится к выходу на крышу реактора.

Очередная группа ликвидаторов готовится к выходу на радиоактивную крышу четвертого и третьего реакторов. Выходящие парами на крышу четвертого реактора назывались «Петя» и «Вася». Основное правило работы — «нашел, поднял, донес, сбросил».

Каждую минуту на крышу выходила новая партия людей, которые практически никак не были защищены от радиационного воздействия.

Ликвидаторы в самопальных доспехах из свинцовых листов по двое выходят на крышу третьего реактора для того, чтобы скинуть радиоактивные обломки.

Сначала убирать радиоактивные обломки с крыши планировалось поручить немецким, японским и русским роботам, но, в связи с высочайшим уровнем радиации, электроника просто выходила из строя, тогда было принято решение задействовать на этих работах людей.

На остатках крыши четвертого реактора. Люди разгребают радиоактивные обломки и сбрасывают их вниз. Каждый визит продолжался не более 60 секунд, так как нахождение на крыше более долгое время грозило немедленной смертью. Каждые 60 секунд слышался звук завывающей сирены, который свидетельствовал об окончании очередной смены, после чего на крышу выходили новые «биологические роботы».

Как правило, каждый из тех, кто убирал обломки на крыше, поднимался на нее только один раз, так как доза радиации которую он получал, соответствовала той, которую обычный человек получает за всю свою жизнь.

Водружение флага должно было свидетельствовать об окончании очистных работ на крыше. Следуя указаниям начальства и требованиям отметить окончание очистных работ на крышах энергоблоков, трое ликвидаторов должны были забраться на вершину вентиляционной трубы, стоящей над разрушенным реактором. Им пришлось пройти 78 метров вверх, по винтовой лестнице, постоянно ощущая опасность, исходящую из разрушенного энергоблока, и водрузить красный флаг.

До них эту операцию дважды пытались проделать с вертолета, но оба раза операция была неудачной. Все время, отведенное на водружение флага, занимало 9 минут, так как более длительное воздействие радиации такой силы могло их просто убить. В качестве награды, по окончании операции, команда из трех человек, водрузившая флаг на трубу, получила по бутылке Пепси-колы и одному выходному дню.

Бульдозеры сгребают радиоактивные обломки, выброшенные взрывом и сброшенные ликвидаторами с крыши на территорию, которая будет спрятана под саркофагом.

Тысячи защищенных грузовиков были задействованы в ликвидации. Через неделю использования их приходилось хоронить в могильниках, так как металл начинал буквально «светиться» от радиации.

Тысячи единиц автотехники были использованы при ликвидации последствий аварии. После ликвидации наиболее зараженную технику, вместе с той, что принадлежала жителям поселка Припять, пришлось закопать в специальных могильниках. Металл очень хорошо абсорбирует радиацию и сегодня стало понятно, что решение закопать технику было ошибочным, так как радиация вымывается дождевыми водами и уходит в глубь земли. После чего она проникает в подземные воды, с которыми попадает в бассейн реки Припять.

Май 1986 года. В 30-километровой запретной зоне вокруг реактора ликвидаторы измеряют уровни радиации в соседних полях с использованием устаревших счетчиков радиации, в костюмах ОЗК, которые не защищают от радиоактивности.

Сбор мёртвой рыбы на водоеме-охладителе Чернобыльской АЭС. Июнь 1986 года.

Близлежащие, к эпицентру аварии, деревни были снесены.

Деревня Копачи была срыта, дом за домом, в августе 1987 года. Она была расположена в 7 км от чернобыльского реактора. Бульдозер копал большую траншею перед каждым домом перед тем, как полностью срыть здание, покрыть его землей и выровнять почву. Целые деревни были бы похоронены таким образом ..

В московской клинике № 6, которая специализируется на лучевом лечении, пациент восстанавливается после операции на костном мозге. Врач осматривает больного в стерильной комнате. Осмотр проводится в отдельной кондиционированной камере через специально созданные отверстия, чтобы избежать прямого контакта и загрязнения.

1988 год. На похоронах эксперта по радиации Александра Гуреева, одного из ликвидаторов, который очистил крышу реактора. Он умер от лучевой болезни.

Костин обнаружил этого ребенка в специальной школе для брошенных детей в Беларуси, в 1988 году. Фотография была опубликована в местной белорусской прессе, под названием «Чернобыльский ребенок». Впоследствии она была напечатана в немецком журнале Stern и стала всемирно известным изображением. Ребенок был усыновлен британской семьей, перенес несколько операций и сейчас живет относительно нормальной жизнью.

Постройка саркофага. Крыша уложена на 27 стальных брусьев, каждый длиной по 35 метров. Сначала брусья планировалось положить с помощью вертолетов. Эта задумка оказалась безуспешной. В конечном итоге с этим справились дистанционно управляемые подъемные краны.

Игорь Костин отснял более пяти тысяч документальных сюжетов о трагедии Чернобыля и ее последствиях. Единственный из репортеров мира сделал снимки эпицентра взрыва. Получил свыше пяти предельно допустимых доз облучения, долго лечился в специальных клиниках лучевой патологии Москвы, Киева, Хиросимы. Удостоен высших международных журналистских наград: «Золотой глаз», «Золотой Амбур-цидо», Главный приз национальной Ассоциации профессиональных репортеров США и других. Газета «Вашингтон пост» назвала его «человеком-легендой».

Источник: https://vakin.livejournal.com/2456987.html

(Visited 1 036 times, 1 visits today)